Мир Муз - творческий портал
Забыли пароль?
Валерий Костюк

Валерий Костюк

УСАФАР, (РОМАН В СТИХАХ) II ЧАСТь, 7-е место 1-го Конкурса объёмных произведений Международного Фонда ВСМ

Публикации - Поэзия

 РОМАН В СТИХАХ
Краткое содержание

Прошло 20 лет, но прошлые испытания сделали Федота Акимова
только ещё более самолюбивым и жестоким.
Влюбившись в красавицу Арину он готов пойти на любое
преступление, лишь бы завладеть ею.
Но далёкое прошлое не отпускает его.

            УСАФАР

        роман в стихах

            II часть


            Глава  I

     ВЕСЕННЯЯ КАПЕЛь


Весной пропущены все сроки.                            334
Растаял снег, но холода…
Лишь вездесущие сороки
Трещат без умолку всегда.

Сулят хвостатые вещуньи                                335
Тепло под дружную весну.
И впрямь, как будто что почуя,
Присев на старую сосну.

И словно чувствовали токи                              336
Под тонкой кожею коры,
Когда пульсируют там соки
Едва приметно до поры.

Набухли почки выше меры                                337
И даже лопнули слегка:
Дразня, показывают смело
Зелёный кончик языка.

Стволы деревьев, словно луки                           338
Дрожат кручёной тетивой,
А соки бродят  -  сердца стуки,
Спеша зелёной стать листвой.

Пришло волною запоздалой                               339
Весны зелёное тепло
И облака, клубя устало,
Как льды по небу понесло.

В три дня весна нагнала пору,                          340
Укрыв смолистою листвой.
На удивление, так скоро
Всё скрылось в зелени густой.

Да что за диво? Май в исходе                           341
И всё длиннее вечера,
А солнце всё быстрее всходит
И нынче выше, чем вчера!

Пичуги весело запели.                                  342
Звенел разбуженный ручей,
А звон берёзовой капели
Звучал в жестянках всё бойчей.

Кто чем горазд. Любые склянки                          343
Под сок берёзовый годны
И наполняет тень полянки
Капель, как эхо тишины.


            Глава  II

  ЗАГАДКА РАСПИСНЫХ ТУЕСКОВ

Те
, кто для сбора шли подале, –                        344
В разлив Медвежьего ручья,
Уже давненько подмечали:
«Висит посудина, но чья?»

Да не простые чашки-плошки, –                          345
В ряд – расписные туески.
Сплошь разнаряжены берёзки.
Кому-то ладить их с руки.

Приходит кто-то неприметно  -                          346
К утру они уже пусты
И исчезает до рассвета,
Лишь колыхнув едва кусты.

Не захрустит сухой валежник.                           347
Молчит сорочья трескотня.
Тайга безмолвно, как и прежде, -
Тиха, всё тайное храня.

Всех опросили, но к досаде                              348
Никто не найден средь лесов,
Кто бы признался, что их ладил
Иль знал владельца туесов.

Тут и повадились мальчишки                             349
Таскать берёз «ничейный» сок.
Зашли забавы даже слишком –
Пустым был каждый туесок.

Они частенько пировали,                                350
Творя шутейный свой разбой,
И шалость сладкую, едва ли,
Виной держали за собой.

Но был, однажды, странный случай                       351
И, что чужое всем не впрок,
Помог запомнить много лучше
Один таинственный урок.

Вот раз, напившись вволю сока,                         352
Запас готовили домой.
Свалил внезапно сон глубокий
На мох под старою сосной.

Проснулись тоже так внезапно,                          353
Как будто сон был снят рукой
И, покачнувшись, елей лапник
Старушку выпустил с клюкой.

Шубейка старая, оленья,                                354
Да пимы – вот и всё на ней.
Явилась к ним из леса тенью
Она, как призрак прошлых дней.

Кричала что-то им сердито                              355
На непонятном языке
И потрясала, словно битой,
Клюкой в старушечьей руке.

Струхнули сразу чертенята,                             356
Задать хотели стрекача,
Да показалось им занятно
То, что спугнуло сгоряча.

Носиться стали круг за кругом,                         357
Её касаясь и злобя.
Друг похваляясь перед другом,
Забавой тешили себя.

Так шебуршатся белобоки,                               358
Сову найдя средь бела дня:
Вкруг скачут шустрые сороки,
Её щипая и дразня.

Но тут, веселье их наруша                              359
И, обрывая шум и гам,
Вдруг повела себя старушка
Совсем уже не по годам.

В рот пальцы лихо заложила                             360
И звонко в воздухе повис
Над тишью леса заунылой
С разбойным шиком тонкий свист.

Вмиг отозвался лес сердито, –                          361
Ломая с треском бурелом
Неслись без удержу копыта,
Там мчался кто-то напролом.

Всё ближе топот доносило.                              362
Озноб прошиб до самых пят.
Бежать? Так ноги подкосило
У перепуганных ребят.

Страшит сильней, – что неизвестно,                     363
Когда сравнить вам довелось.
Тут вихрем выскочил из леса,
Встав на дыбы, огромный лось.

И, натянув поводьев струны,                            364
Взглянул наездник свысока.
Бровей насупленные дюны
Сердито сдвинулись слегка.

Он с виду грозен был довольно, –                       365
Чернобород и темноглаз.
И страх внушать, порой невольно,
Он мог бы так, как  в этот раз.

Был он огромен непомерно                              366
В одеждах из оленьих шкур.
К тому же в духе был прескверном
И как рассвет дождливый хмур.

Мальчишки встрепенулись разом                          367
И дали дёру, что есть сил.
Лишь зыркнул он сердито глазом,
Их на поляне след простыл.

Тут, молодца схватив за руку                           368
Паучьей хваткой цепких рук,
Вскочила шустрая старуха
Нежданно на лосиный круп.

С версту прогнали их в полшага,                        369                        
Тем проучить решили всех
И долго слышала ватага
Старухи каркающий смех.

Домой, как ветер, с перепуга                           370
Примчалась быстро детвора.
Что воробьята, друг за другом
Шмыгнули по своим дворам.

Никто не слушал дома толком,                           371
Махнув на выдумки рукой.
Заметив, лишь, довольно колко:
«Придумать надо ж бред такой?

Чтоб скрыть своё же опозданье                          372
Домой – почти на три часа,
Себе придумать в оправданье
Всех приключений чудеса?

А впрочем, всем и так понятно,                         373
Какие ветры дуют тут:
Истории, что так занятны,
К нам от Варвары лишь идут».


            Глава  III

      НЕИЗБЕЖНОЕ ЗЛО


На том всё в памяти осталось,                          374
Никем не принято всерьёз.
В селе подтрунивали малость, –
Как шутка принят был курьёз.

Варвара только, безусловно,                            375
Одна лишь верила друзьям.
Рассказ услышав весь дословно,
Ни в чём не видела изъян.

И так, как будто о знакомой,                         376
Что встретить запросто могла,
Сказала: «Видно, бродит Йома
С Яг-Мортом близко от села.

Уже давно не забредали                                 377
На Усафар с Уральских гор.
Не ах, скажу, какие дали,
Не будь им сказано в укор.»

С восторгом слушали ребята,                            378
Хоть и таился лёгкий страх,
Но было больно уж занятно
Узнать о тайных тех мирах.

Наслышаны о тех рассказах,                             379
Что разносили дети вмиг,
Селяне порешили разом:
«В мозгах старушки явно сдвиг».

Был и Федот того же мненья,                            380
Но уважал за ремесло.
Оно, пожалуй, без сомненья,
Ему однажды жизнь спасло.

Боялся, может, даже где-то,                            381
Но был к избе протоптан путь.
За снадобьем, да за советом
Всё забегал он как-нибудь.

Двадцатый год Федот бирючил,                           382
Пусть не без женщин, иногда.
Всему он жизнью был научен.
Учитель лучший наш – нужда.

Да неуживчив был он больно,                            383
С годами стал несносно груб.
Жил, как хотел себе, – привольно
И всё ему сходило с рук.

И даже в том был на примете,                           384
Что «прилипало» к тем рукам:
Легко он мог обчистить сети
И обобрать чужой капкан.

Но не желал никто с ним ссоры.                         385
В том, так сказать, ему везло
И принят был он, в общем, скоро,
Как неизбежное здесь зло.

И то сказать: порой дороже                             386
Найти украденный пятак,
Чем вору даже рубль, положим,
Простить совсем за просто так.


            Глава  IV

       ПЕВУНьЯ АРИНА


Шло время шагом скорохода,                             387
Чеканя, как курантов бой.
Дни собирались стаей в годы,
Всё оставляя за собой:

Кончались лета листопадом,                             388
Меняя в осень цвет ночей.
Лес отгорал осенним садом
В огне берёзовых свечей.

И таял свет осенний сонно                              389
Под свежесть первых зимних вьюг,
А снег, как пепел невесомо,
Кружился памятью разлук…

Капельный звон дарили вёсны,                           390
Роняя капли тишины
И всё бледней сияли звёзды
Под тонким лезвием луны.

А солнце, словно из берлоги                            391
Лохматый, рыжий великан,
На небосклон ползло пологий
Сквозь нерассеянный туман.

И снова лето! Трелей птичьих                           392
Порхает лёгкий, нотный строй.
Хор голосов в тайге девичий
Кружился ягодной порой.

Но в этом перезвоне лета,                              393
В сплетеньи разных голосов,
Один особо был заметным
Средь обитателей лесов.

Был чист особенно и нежен                              394
Арины тонкий голосок –
И, как дыханье детства, свеж он,
И по-девичьи был высок.

К тому ж, на редкость и красива,                       395
Кто понимал, конечно, толк.
В глазах – и ум, и воли сила.
Волос по пояс мягкий шёлк.

Под вечерок идут на берег.                            396
Играет бликами Уса
И потекут, ей такт доверив,
В расклад, девичьи голоса.

Затянут - песня льётся звонко                         397
Зарёй вечерней вдоль села.
Все песни, что поют девчонки,
Арина за собой вела.

Лились словами незатейно,                              398
Шёл голосами перебор.
Напев, то грустный, то шутейный,
На дальний заносило двор:

«Расплетали ветры                                      399
Косы у берёз.
За туманом светлым
Таял жемчуг рос.

Рыжая над лесом                                        400
Зорюшка-лиса.
Льют за перелеском
Птичьи голоса.

Помнишь, коротали                                      401
Летний свет ночей?
Помнишь, расставались –
Плакал наш ручей?

Там хмельной малиной                                   402
Забродил рассвет.
Был со мной любимый,
А быть может – нет ?

Да приснилось, может,                                  403
Летним вечерком?
Что же так тревожит,
Думаю о ком?

Только не приснилось,                                404
Это знают все, -
Что кольцо дарилось
На реке Усе.

С жемчугом колечко                                     405
В память подарил.
Бедному сердечку
Тихо говорил:

«Коли нету света -                                  406
Меркнут жемчуга.
Солнцем не согрета,
Жизнь их не долга.

Недолга в разлуке                                   407
Женская любовь -
Кто-то здесь от скуки
Заведётся вновь.

Жемчуг замутится                                    408
В глубине ларца
И печаль, как птица
Упорхнёт с лица.»

Так прошли три лета.                                409
Жемчуг на руке.
Только, милый, где ты
Скрылся вдалеке?

Солнышком играет                                      410
На колечке свет -
Здесь не забывают,
А тебя всё нет.»


            Глава  V

    НЕПРИЯЗНь АКСИНьИ


Федот, невольно, часто слушал,                         411
Но сам не знал наверняка,
Что так брало его за душу
Иль… не брало ещё пока?

Стал выделять он голос вскоре,                         412
Что был и выше и нежней
И, на речном плывя просторе,
Тонул в закатах летних дней.

Не ново всё на этом свете                              413
И бес, как прежде, бьёт в ребро,
На голове едва приметив
Волос литое серебро.

Ему – порядком уж за сорок,                            414
Но он не стар ещё совсем
И, доведись, в кулачных спорах
Он доказал бы это всем.

До женщин чувствуя охоту,                              415
Он не терял былой запал
И на Арину, скажет кто-то:
«Федот всерьёз теперь запал.»

Арине – чуть за девятнадцать                           416
И ей Федот ничуть не люб.
Привыкла с детства лишь пугаться –
Был безобразен он и груб.

Она любила лишь природу:                               417
Рассвет зимой и летний день
И, хорошея год от года,
Цвела, как вёснами сирень.

Росла она в семье у дяди,                              418
Оставшись рано сиротой
И как могла, старалась ладить,
Да не всегда всё шло на то:

Арину тайно невзлюбила                                 419
Аксинья, дядина жена.
А что причиною там было?
Так, – несуразица одна.

Своих родных имея дочек,                               420
Не выделяла среди тех,
Да невпопад красива очень
Была Арина, как на грех.

Едва румяна, как с мороза.                             421
Не оторваться, лишь взгляни
И, словно с васильками роза, –
Всегда держала их в тени.

И что ни год, – она всё краше.                         422
Кого же это удивит,
Что рядом с ней сестёр-близняшек
Совсем поблёк невзрачный вид.

Пока девчонки были малы                                423
И увлекались лишь игрой,
Совсем они не понимали
В чём их различие с сестрой.

Но подросли когда девицы,                              424
Ревниво стали замечать,
Что их подруженька-сестрица
Им красотою - не подстать.

И где б они не появлялись,                             425
Вниманья им на полгроша
И лишь о ней вокруг шептались:
«Уж больно девка хороша.»

Её чураться стали сёстры.                              426
Пошла их дружба в перекос
И неприязнь коснулась остро.
Откуда только что взялось?

«Отдать скорей бы девку замуж –                        427
Аксинью мысль пекла огнём, –
Всё – честь по чести, ну а там уж
И сами легче мы вздохнём.

Она бы не была помехой,                                428
Да только рядом всякий раз
И всякий раз невольным смехом
Она парней сбивает глаз.»

Арина замуж не спешила:                                429
Никто ей не был по душе
И даже мысль её смешила –
Женою сделаться уже.

Пожить хотела на свободе.                              430
Какой же в том, скажите, грех?
Её с ума никто не сводит,
Она сама сводила всех.

А впрочем, я скажу по чести:                           431
Не звали замуж до сих пор.
Но ей, как будущей невесте,
Немного ставилось в укор:

«Уж чересчур она красива.                              432
Потом — так ревность изведёт.
Д-а-а, красота — кому- то сила,
А для кого — наоборот.

К тому же — штучка городская.                          433
Какой покажет форс-мажор?
Того ещё никто не знает.» -
Так думал каждый ухажор.


            Глава  VI

    СВАТОВСТВО ФЕДОТА


Такое, в общем, мненье было                            434
Для всех уж , верно, не внове
И вдруг, как обухом прибила
Весть о Федота сватовстве.

Давно Арину заприметил                                 435
И с незапамятных тех пор
Был с ней особенно приветлив,
Вступая часто в разговор.

Сначала редко, с неохотой,                             436
Затем — всё легче и бойчей
Она шутила в такт Федоту,
Когда заигрывал он с ней.

Его вниманье - где-то льстило,                         437
А всё же - ей не по себе:
И то сказать - не легче было
Медведя приручить в тайге.

Была Арина не в восторге                               438
От этой вести на селе.
На что ей домыслы и толки?
Без них — куда как веселей.

Хотела тотчас дать отставу,                            439
На том и дело прекратить,
Да тут Аксинья вдруг, по праву,
Завидную явила прыть.

«Ну что ж с того, что он не молод?                     440
В тебе не чает он души,
А – некрасив, так то не повод.
Подумай лучше, не спеши.

Всегда в достатке и немалом                            441
Живи, как хочется душе.
Да где на свете ты встречала
Тот рай, что с милым в шалаше?»

Пошли в припев и сёстры тоже,                          442
Наперебой шёл разговор
И стал её слегка тревожить
Весь этот тонкий, хитрый вздор.

Решила всё же для покоя                                443
Не дать отказа наотрез.
«А то, глядишь, с роднёй такою
И впрямь, идти придётся в лес.»

На год дала ему отсрочку:                              444
«Поговорим потом мы вновь.
Ну , а пока поставим точку.
Проверю я твою любовь.»

Федот был явно не в ударе,                             445
Когда услышал он ответ.
Однако ж, всё надежду дали,
Раз не сказали сразу «нет».


            Глава  VII

    СМУТНЫЕ ПОДОЗРЕНИЯ


Шло время, тропами ступая,                             446
Ногами тонкими дождей,
И дождь грибной, на солнце тая,
Был в небе радуги нежней.

А где-то там, за кромкой дали,                         447
Уже редели облака
И небо цвета серой стали
Пошло разводами слегка.

Ворчали грозовые тучи,                                 448
Качая отблеск дальних гроз,
И облака, белея кручей,
Касались маковок берёз.

И обруч солнечного света                               449
На синем небе высоко
Рыжеволосый мальчик-лето
Катил по склонам облаков.

На спад пошло, кончаясь, лето:                         450
Ложились сумерки быстрей
И чуть позднее, но приметно,
Свет приходил к началу дней.

Нескоро время поспешало.                               451
«Когда ещё минует год?» -
Нетерпеливо и устало
Частенько думал так Федот.

И целый рой досужих мыслей                             452
День ото дня настырней стал:
«В каком таком, скажите, смысле
Меня пытать? Я - не металл.

Быть может эта вся отсрочка -                          453
Пустой лишь только разговор
И не по мне её сорочка -
Давно готов мой приговор?

А может, кто-то на примете                             454
И нужно ревность развести?
Но не родился тот на свете,
Кто мог бы стать мне на пути!»

Вниманья, самая пусть малость,                         455                                                                
Кому могла пойти во вред?
Чтобы спокойнее ей спалось,
Решил Федот пронюхать след.

И дом, скажу вам, как на случай,                       456
Арина где тогда жила, -
Стоял, чего бы надо лучше,
Здесь, на окраине села.

И даже комната Арины,                                  457
Квадратом жёлтого окна,
Когда темнеет вечер длинный,
Федоту издали видна.

Тут доставал бинокль он часто                          458
И кресло подвигал к окну.
По крыше шаром бледно-красным
Катило полную луну.

На стенах комнаты Федота,                              459
Храня удач прошедших дни,
Висят трофеи от охоты,
Скользят каминные огни.

Рога лосиные, оленьи,                                  460
Оскал медвежьей головы –
По стенам двигаются тени,
Огнём согретые живым.

Лоснятся шкуры, отливают                               461
Багряным отблеском огни
И шерсть так, словно бы живая,
Как будь-то дыбится на них.

Кремнёвых пара пистолетов,                             462
Ружьё – запамятных работ.
Лишь об одном гласило это:
Не без претензий жил Федот.

Прорезав ночь оконным светом,                          463
Вдали – безмолвна и одна,
Чернея тонким силуэтом,
Она садилась у окна.

Склонясь над книгой с интересом,                       464
Порой сидела допоздна.
Ей невдомёк, что крыла лесом
В окне густая тишина.

И невдогад ей, что за тьмою,                           465
Когда всё ближе ночи час,
За ней давно следят, порою,..
Две пары напряжённых глаз.


            Глава  VIII

      НОЧНАЯ СХВАТКА


Федот не сразу сам приметил.                           466
И то сказать, немудрено, –
Тень упустить при тусклом свете,
Когда чуть теплится окно.

«Уж не почудилось ли сдуру?                            467
Пожалуй, выйдет, что и так. –
Чихнув, Федот подумал хмуро, -
Уж больно крепок мой табак.»

Но время шло и той же тенью                            468
Замечен кто–то им не раз.
Таясь за кладкою поленьев,
С Арины не спускал он глаз.

«Что там за тайный обожатель                           469
Перебежать мне хочет путь?
Я проучу тебя, приятель.
Ты, парень, это позабудь.»

Однажды вновь приметил гостя.                          470
«Ну, наконец, явился вот.
Сочту тебе сегодня кости.» -
Подумал «ласково» Федот.

Дверь тонко скрипнула навесом,                         471
Пустив Федота за порог.
Опушкой крался он вдоль леса,
Вдали накатанных дорог.

Одно смущало лишь, тревожа:                            472
«Без шума, ясно, тут – никак.
Так всполошить, пожалуй, можно
Всех спящих на селе собак.

Вот будет точно уж некстати                            473
И совершенно не с руки.
Пожалуй, лучше подождать мне,
Когда пойдёт он вдоль реки.

Да нет, должно пойдёт, бедняга,                        474
Здесь, по тропинке до мостка.
Подкараулю у оврага
И поучу его слегка.»

Так минул час и даже с гаком.                          475
Клонило голову ко сну,
Но вдруг залаяла собака,
Порвав на клочья тишину.

Федот был мигом насторожен,                            476
Услышав чей-то лёгкий шаг -
Там кто-то очень осторожно
Прошёл мостком через овраг.

Во тьме его нашарив взглядом,                          477
Когда ночной, незваный гость
Был в полушаге где-то рядом,
Сказал себе: «Ну, довелось.»

Он распрямил внезапно спину,                           478
Чуть вскользь ударила рука
Так, словно сжатая пружина,
Что с ног могла сшибить быка.

Была короткой потасовка                                479
Во тьме кромешней наугад
И кто-то в челюсть очень ловко
Федоту долг отдал назад.

Федот взревел, как зверь побитый,                      480
Но чья-то сильная рука
Вновь саданула, словно битой,
И отшвырнула, как щенка.

К неописуемой досаде                                   481
Такое было с ним впервой.
Не скоро в памяти всё сгладит
Та боль в плече — хоть волком вой.

Исчез так, словно бы и не был.                         482
Простыл ночного гостя след,
Лишь в полосе багряной неба
Мелькнул лосиный силуэт.

На миг Федот увидел ясно,                              483
Что лось уносит седока.
«Какой-то бред! Так не напрасно,
Что было слухами пока?»

Припомнилось всё как-то разом,                         484
Что слышал он до сей поры:
Марьяны странные рассказы
И сказы хитрой детворы.

«Кому скажи, так непременно                            485
Враз засмеют, как пацана,
И скажут: «Пьян был, как полено.
Да и сейчас, вон, — с бодуна.»»

Занятно всё, да только малость                         486
Не до того ему сейчас:
Плечо от боли отнималось,
Заплыл совсем последний глаз.

Он захромал к избе Варвары.                            487
Был поздний час, да что с того?
Её настои и отвары
Не подводили никого.

И разбудив её в три стука,                            488
Как дробью по стеклу пройдя,
Заметил тотчас, что на руку
Упали капельки дождя.

Дверь заворчала, как старуха:                          489
«Кого ещё там принесло?»
Ему в лицо пахнуло сухо
Избы натопленной тепло.

Федот прошёл, склонясь у двери,                        490
Под свод дверного косяка.
Глазам своим она не верит,
Но битый вид у мужика!

Всё без утайки ей поведав                              491
О происшествии в ночи,
Ждал от неё он не советов -
Боль донимала, хоть кричи.

Качая в такт словам Федота                             492
Седой косматой головой,
С особой слушала охотой
Рассказ, где ей не всё вновой.

Над ним Варвара колдовала,                             493
На лавку уложив сперва.
Сон наплывал и боль стихала,
Сквозь дрёму слышались слова:

«Видать и впрямь по нраву очень,                       494
Коль говоришь, что с давних пор.
А по всему похоже, — ночью
И вправду был, никак, Яг-Морт*.

Послушай, паря, ты совета                             495
И позабудь былое зло,
А что случилось, так уж это
Считай, что просто... повезло.

Силён ты, знаю я, не в меру,                          496
Но... в сельской драке лишь простой;
А всё ж, не богатырь ты Пера**.
И в эту драку лезть постой».

В другое б время рассмеялся                            497
Таким словам, язвя, Федот.
Сейчас – лишь слабо улыбался:
Кривила боль усмешкой рот.

Кувшин диковинный старушка                             498
Внесла, поставив на поднос,
И, чуть плеснув оттуда в кружку,
Бубнила что-то всё под нос.

Невесть доставшись ей откуда,                          499
Стоят на полках вдоль стены
Всех видов склянки и сосуды
Для тайных дел припасены.

Едва хлебнул Федот напитка,                            500                          
По телу разлилось тепло
И боли ноющую пытку,
Как жаром банным унесло.

Всё поплыло за сизым жаром,                            501
Белёсый стелется туман
И, расплываясь, тень Варвары
Танцует с бубном, как шаман.

Вдруг, белые расправив крылья,...                      502
Взлетело чучело совы
И тени туч в окне закрыли
Обрывки лунной синевы.

Пройдя, сказала что-то... кошка,                        503
Хвостом скользнула по плечу
И, потянувшись у окошка,...
Задула сальную свечу…

Яг-Морт* – лесное чудовище в мифологии народа коми
Пера-богатырь** - герой народного эпоса коми


            Глава  IX

     ГРОЗНЫЙ СОПЕРНИК


Федот проснулся лишь под вечер.                        504
Туманом лёгким день седел.
Давно оплыв в огарки, свечи,
Погаснув, были не у дел.

Он потянулся в шкурах ложа                             505
И, повернувшись сгоряча
Спросонок чуть неосторожно,
Почуял тотчас боль плеча.

Но удивлён приятно был он:                             506
Пришли и лёгкость и покой.
Плечо заметно, правда, ныло,
Но боль была совсем глухой.

Он огляделся: пусто в доме,                            507
В окне едва сгущало тьму
И кошка в вечной полудрёме...
С ухмылкой мявкнула ему.

Федот ушёл, прижав подпором                            508
Всегда незапертую дверь:
«Придёт хозяйка, знать, нескоро.
Долгонько ждать её теперь.»

Спешил домой, ступая грузно,                           509
Но мысль его догнала вдруг:
«Пожалуй, мне взглянуть бы нужно,
Что за следы оставил «друг».»

Федот прошёл ещё немного:                              510
Села наметив ближний край,
Арины дом встречал порогом,
А рядом – старенький сарай.

Поленниц крепостные стены                              511
Крыл горбылём большой навес.
«Вот, где стоял постом бессменным
И уходил откуда в лес!»

Он наклонился осторожно,                               512
Коснувшись пальцами земли,
И вдруг почувствовал: по коже
Бегут, как будто муравьи.

И вновь под ложечкой заныло,                           513
Забытый вдруг очнулся страх:
Дождём ночным едва размыло
Следы знакомые в кустах.

Сквозь туч прогалины, неярок,                          514
Упал осенний мягкий свет,
Нежданный высветив подарок… -
Медведя косолапый след.

Стоял Федот, совсем опешив,                            515
Не понимая дела суть:
«Да не совсем же я помешан?!
Всё разъяснится как-нибудь!»

Шёл следом, страх в душе ломая,                        516
Загадкой страшною томясь.
Вела, без вычуров, простая,
Следов ковыристая вязь.

Медвежий след исчез в полшага, -                      517
Не стало враз когтей косых
И продолжался вдоль оврага
Он... отпечатком ног босых!

Продрог внезапно до озноба,                            518
Пробил его холодный пот
И, хоть таращился он в оба,
Совсем был с толка сбит Федот.

Смотрел, глазам своим не веря,                         519
Себе чуть слышно промычав:
«Неужто оборотня-зверя
Я в самом деле повстречал?»

Рискнул пойти он чуть подале                           520
И вскоре встал опушкой лес:
Следы лосиные топтались,
Где незнакомца след исчез.

Верхом умчался призрак странный                        521
Под стук сохатого копыт
Туда, где свет багрово-бранный
Над Усафаром полуспит.

Федот домой побрёл угрюмо                              522
С неясным чувством на душе.
Темнел восток глубоким трюмом,
Заря катилась по меже.

Он шёл, чернея силуэтом,                               523
Под сводом грота тёмных туч
И тлел закат холодным светом
На облаках, в изгибах круч.

Казался он таким ничтожным                             524
На фоне яркого огня,
Что окружал его тревожно,
Пугая чем-то и дразня.

И, ощутив как будто это,                             525
Он замер вмиг среди пути –
Круженье мерное планеты
Ему мешало вдруг идти.

Он вздрогнул, сгорбился немного,                       526
Как будто вновь лишился сил,
И чуть приметною дорогой
Скорей домой засеменил…


            Глава  X

    КОВАРНЫЙ ЗАГОВОР


Прошёл остаток года быстро:                            527
Снега упали в свой черёд,
Лучась ледком по снегу, искры
Встречали скоро Новый Год.

Мелькнули так же незаметно                             528
Снежком пролётные деньки.
Всё раньше розовели светом
Сквозь редкий лес березняки.

Так, без событий необычных,                            529
Пришёл за дружною весной,
Для этих мест столь непривычный,
Почти что южный летний зной.

Федот горел от нетерпенья                             530
И ждал, готовый волком выть,
Тот день, когда своё решенье
Должна Арина объявить.

Но был Федот неглупый малый                            531
И понимал уже давно,
Что неудача поджидала
В известном деле всё равно.

И так, и сяк он тут кумекал, -                         532
Всё не срасталось, хоть ты плачь.
Таким уж был он человеком, -
Не должен знать он неудач.

Он и во снах о том не мыслил,                          533
Как насмешит честной народ,
Не допуская даже мысли,
Что покривят усмешкой рот.

Той долго мучаясь морокой,                             534
Нашёл решение одно -
Похитит он её до срока:
«На том и баста. Решено!»

После отказа будет поздно:                             535
Любой смекнёт, что тут к чему.
А догадаться здесь несложно,
Что нити тянутся к нему.

Имел для дел он браконьерских                          536
Тайник – подземную избу,
Своих задумок, планов дерзких
Не доверяя никому.

Надёжен, словно склеп старинный.                       537
Ни зверь лесной, ни человек,
Коль спрячет он туда Арину,
Не сыщет там её вовек.

«Надеюсь, миром мы поладим.                            538
Стань посговорчивей она,
Так не останется в накладе –
Шкатулка ей припасена:

На выбор свадебным подарком                            539
Там много, что я приберёг:
Рубинов свет пылает жаркий,...
Навалом там колец, серёг».

Решил Федот Арину спящей                               540
Из дома тайно унести
Сюда, в нехоженые чащи,
Где обрывают след пути.

Разжился зельем у Варвары, -                           541
Мол, стал некрепок летний сон.
Умел хитрить пройдоха старый,
Когда имел на то резон.

Так, порешив всё в одночасье,                          542
Когда свет в окна бил грозой,
Решил схватить за крылья счастье,
Что вьётся синей стрекозой.

Одно лишь, нарушая планы,                              543
Срывало всех задумок нить:
Аксинью, поздно или рано,
Он должен в дело посвятить.

Обмозговав всё до рассвета,                            544
Прикинув тонко что к чему,
Он ясно понял – дело это
Не потянуть здесь одному.

Вот раз, Аксинью мимоходом                             545
Зазвал Федот к себе во двор,
Затеяв с дальним переходом
Сначала лёгкий разговор,

А дальше вёл с напором сильным,                        546
Ей обнажая дела суть;
Да заартачилась Аксинья,
Пытаясь ловко улизнуть.

И лишь, когда он с прибауткой                          547
Припомнил прошлую их связь,
Она струхнула не на шутку,
Смутилась сразу и сдалась.

Был уговор, что спозаранку,                            548
Пока рассвет не станет днём,
Она Арину на полянку
Пошлёт за диким щавелём.

«Да не забудь-ка капель сонных                        549
В чай на дорожку ей плеснуть:
Их не почувствует спросонок –
Вреда не будет, в том и суть.

И вот ещё какое дело:                                550
Записку от её руки
Ты постарайся уж подделать,
Так, коротенько, в две строки:

Я, мол, с попутчиком случайным                         551
В моторной лодке уплыла, -
Гостить у родственников дальних,
Такого ж дальнего села.

Пожалуй, - всё. Ах, нет! Минуту:                         552
Коль - что, тебе - всё невдомёк.
Твоей услуги не забуду –
Держи на память перстенёк».

И, у дверей уже тут стоя,                              553
Взглянул ей пристально в лицо.
В ладонь упало золотое
С зелёным камешком кольцо.

Расстались, но не без волненья.                        554
Подумал каждый о своём.
За окнами ложились тени
И день закончился дождём.


            Глава  XI

         ЧЁРТ


Едва потрескивал бессонно                              555
В камине тающий огонь,
Тепло бросая невесомо
На заскорузлую ладонь.

Федот любил смотреть подолгу                           556
На блики тлеющих углей.
По стенам – отблесков осколки
Калейдоскопом шли огней.

И тайный груз воспоминаний,                            557
Что не всегда мог превозмочь,
Как тень тяжёлых испытаний,
Он гнал настойкой горькой прочь.

Вдруг, в двери постучали гулко.                        558
В глазах застыл немой вопрос:
«Не время, вроде, для прогулки.
Кого там чёрт ещё принёс?»

Кого-то чёрного впуская,                               559
Дверь заскрипела, растворясь.
Тяжёлой поступью хромая,
Вошёл, как тьмы кромешней князь.

Он капюшон плаща отбросил  -                           560
Был взгляд насмешлив и суров.
Каминный свет упал на проседь
Огнями адскими костров.

В углу Батый проснулся, было,                          561
И подал старческий свой рык.
Да, заскулив в тот миг уныло,
Осёкся сразу вдруг и сник.

Федот вскочил, как на пружине,                         562
И побледнел ни жив, ни мёртв.
Покоя не было в помине.
Он прошептал: «Да ты ли, Чёрт?!»

Вошедший огляделся молча,                              563
Бросая взгляд по сторонам,
И ухмыльнулся, лоб поморща:
«Ну что ж, неплохо, старина.

Я вижу - жизнь устроил ловко.                          564
И не сказать, что лес вокруг,
Но как же ты своей уловкой
Меня расстроил, старый друг.»

Он рассмеялся жутковато.                               565
Федот застыл, как в столбняке
И на ногах, от страха ватных,
Стоял, держа стакан в руке.

«Я вижу, ты совсем опешил.                             566
Такая радость – гостем в дом.
Так угощай. Тебя потешу
Беседой до-о-олгой за столом.»

Федот очнулся и насилу                                 567
От пола ноги оторвал,
Тот словно палубу носило,
Качнув в невидимый провал.

А через час, хмельной порядком,                        568
Чёрт, отвалившись от стола,
Сказал: «Ну, что? Кончаем прятки.
Давай-ка, Федя, про дела.

Традиций, явно, не нарушу,                             569
Когда скажу тебе, дружок,
Что по твою пришёл я душу.
Сам знаешь – за тобой должок.»

«Повеселив» любимой шуткой,                            570
Сверлил его зрачками глаз.
Бледнел Федот от страха жутко:
«Пожалуй, влип на этот раз!»

Всё всплыло в памяти Федота                            571
И чередой пошли года,
Которых помнить нет охоты,
Да не забыть уж никогда.

Федот служил тогда на флоте.                           572
Ходил в "загранки" пару раз
И вот подумал: «Ведь в пролёте
Такие шансы мимо нас!»

Решил он: контрабандой малость                         573
Пополнить скромный свой доход.
Не знаю, много ли досталось,
Но сам попал он в оборот.

И всё закончилось в печали:                            574
Ушёл он с корабля на «бал»,
Но без него корабль отчалил –
На нары вскоре он попал.

Ему пришлось на зоне туго                              575
И долго было так, пока
Один влиятельный ворюга
Не заприметил фраерка.

Он приглянулся необычной                               576
Своею силою быка
И стал Федот охраной личной
Вора, — кассира общака.

Вошёл в доверие он вскоре,                             577
Закрыв патрона от ножа.
К тому ж – неглуп во всяком споре.
Такое – всякий уважал.

Вор, чифиря хватил и спьяну                            578
Сболтнул Федоту как-то раз,
Где был общак, что «…не достанут
Вовек волчары мусора.»

С тех пор на ум ему запало –                           579
На волю выйти не «пустым».
Мысль и манила, и пугала
Своим решеньем непростым.

Топтал ещё он долго зону,                              580
Свой в голове ведя расчёт,
И убеждал себя резонно:
«Рискну, а чем не шутит чёрт!»

Дней время коротая хмуро,                              581
Что по этапу шли гурьбой,
Стал вырезать совы фигуру -
Так скуку теша сам с собой.

Занятье это здесь привычно                             582
И, зачастую, в меру сил,
Лишь сообразно вкусам личным,
Тут кто-то что-то мастерил.

Федот со знаньем делал птицу,                          583
Держа резец не в первый раз.
Он сходства полного добиться
Хотел, как будто напоказ.

Шло в окончанье время срока,                           584
Что от звонка и до звонка
Тянулось длинною дорогой,
Как бесконечная река.

Но всё кончается на счастье                            585
И облака несло, как дым,
Когда в осеннее ненастье
Калитка хлопнула за ним.

Федот не помнил дня светлее,                           586
Не замечая даже то,
Что дождь всё лил ему на шею
За ворот мокрого пальто.

Шёл поспешая,  - уж темнело.                            587
За поворотом березняк.  
В сове упрятав пустотелой,...
Он уносил с собой общак.


            Глава  XII

      ОПАСНЫЙ ДОЛГ


Мелькнуло прошлое мгновенно,                           588
Как будто не было всех лет,
И отступили тенью стены,
Впуская память, словно свет.

Всё в миг припомнив, без отчёта                        589
Упёрся взглядом он в сову
И уловил усмешку Чёрта –
Давно тот понял, что к чему.

Всегда он верил только силе,                           590
Доверье мало брал в расчёт.
В «миру» он был Чертков Василий,
На зоне – вор по кличке «Чёрт».

«Давай спокойно, без опаски:                           591
Ты должен мне отдать общак.
Уже лет десять я в завязке.
Тебя не трону уж - верняк».

Федот не знал: насколько верить                        592
Он Чёрту в этом деле мог.
Тот был, подчас, коварней зверя:
Всегда – злопамятен, жесток.

Был выбор, впрочем, у Федота,                          593
Сказать по правде, невелик
И если жить ещё охота,
Так лучше делать, что велит.

Федот почти уже спокоен,                               594
Но продолжал игру в испуг,
Подумав зло: «В тайге с тобою
Мы потягаемся, мой друг.»

Узнав про тайную «берлогу»,                            595
Где клад надёжно был храним,
Чёрт порешил: «С утра в дорогу.
Не медля двинемся за ним.»

Федот смекнул: «Найдём управу.                         596
Уж больно ты, приятель, скор.
Тайга сама – закон и право
И там медведь – свой прокурор.»

Но вдруг Федот, припомнив верно,                       597
Про уговор с Аксиньей свой,
Сказал себе: «Ах, чёрт! Как скверно.
Здесь нужно срочно дать отбой!»

Что ж, делать нечего, и вору                           598
Сказал Федот, шутя в упор,
Что завтра тут по уговору
Решил... "привить" обычай гор.

Тот усмехнулся, выгнув брови:                            599
«Да ты на выдумки мастак.
Смотрю, — с тобой не станешь вровень.
Ну что ж, дерзай, коль дело так.»

Но отпустить его к Аксинье                             600
Он отказался наотрез:
«Ищи тебя потом в помине,
Когда махнёшь волчарой в лес.

Мне эта девка не помеха.                               601
Тащи, коль есть охота в том,
А что до счастья и успеха -
Сам разбирайся уж потом.


            Глава  XIII

     ДВОЙНОЕ ПОХИЩЕНИЕ


На удивленье, как по нотам                             602
Коварный план пошёл шутя:
Качаясь на плече Федота,
Спала Арина, как дитя.

Приметно утро разыгралось,                             603
Туман растёкся по ручьям
И солнца утренняя алость
Легко скользила по плечам.

И поднимались ароматы                                  604
Таёжных, терпких, сочных трав.
Их запах хвойно-кисловатый
Дурманил, дух тайги вобрав.

Запели птицы с переливом:                              605
У каждой свой черёд и тон,
Так, словно скрипок строй пугливый
Лесной устроил перезвон.

Искрясь слегка под тон рассвета                        606
В прозрачном сумраке берёз,
Едва дрожал под лёгким ветром
На паутинах бисер рос.

Грибной повеяло прохладой,                             607
Пахнула горечь ягелей.
Их аромат, как дикий ладан,
А смолы елей, как елей.

Бывает утро ли свежее,                                 608
Чем в час, когда закатный свет
Приводит в лёгкое движенье
Сквозь Ночи Белые рассвет?

Бывает ли нежнее небо,                                 609
Чем за минуты до зари,
Когда свет сонный полуслепо
Синь позолотой озарит?

И есть ли миг душе дороже, -                           610
Когда в заре рождает дни,
Вдруг ощутить, как будь-то кожей,
Что этот мир тебе сродни?

Не думал так Федот к несчастью  -                        611
Ему и мысли те смешны.
Не сознавал себя он частью
Всего, чем мы окружены.

Он шёл всё дальше с лёгкой ношей.                      612
Шёл, чертыхаясь, следом вор
И вдруг почудилось, что лошадь
Скакала вслед во весь опор.

Лишь оглянуться и успели,                              613
Как топот был в пяти шагах:
Ворвался лось из тени елей
С обломком ветки на рогах.

На всём скаку их взглядом смерив,                      614
Наездник явно был взбешён.
В глазах блеснули искры зверя,
Который верным следом шёл.

Ударом вскользь их сбил сохатый                        615
И незнакомец, чуть склонясь,
Влёт подхватил легко, как ватный,
Тюк за верёвок перевЯзь.

И, проскакав в конец поляны,                           616
Он оглянулся, погрозив.
Федот всё видел, словно пьяный,
Ударом выбитый из сил.

Услышал он, что всадник глухо                          617
Вдруг зарычал, как будто волк.
Валежник, путь отметив сухо,
В чащёбе где-то вскоре смолк.

Федот очухался лишь стихло.                            618
Стеклянный оживился взгляд.
В кустах шарахнулась зайчиха  -
Мелькнул хвостом мохнатый зад.

А в двух шагах, упав неловко,                          619
Чёрт головой уткнулся в пень.
«Зашиб, я вижу, ты головку?
Ну что ж - везёт не каждый день.» -

Федот подумал, чуть бледнея,                           620
Почуяв снова страха власть,
Что жутковатая идея
Уже давно над ним вилась:

«Другой не выпадет мне случай,                         621
Тузом мне выпал козырь треф.
Всё – к одному. Чего бы лучше?
Давай же, парень! Ну, не дрейфь!»

Тут взгляд его нащупал камень.                         622
Откуда взялся тот? Бог весть.
Во мху лежал он под ногами, -
Его подбросил, верно, бес…

Что было дальше он не помнил,                          623
Вдруг очутившись у ручья,
Смывая тупо капли крови,
Не сознавая, словно, — чья.

И лишь, когда кровавых прядей                          624
Ручей унёс шальную муть,
Он побежал, едва ли глядя,
Ища домой обратный путь.

Бежал он с дрожью и оглядкой, -                        625
Преследовал безумный вздор:
Как будто вслед за ним украдкой
Хромал следя, убитый вор!

Домчался, время не заметив.                            626
И дверь, и окна – на засов.
И этот день в каминном свете
Провёл Федот под бой часов.

Шла ночь кошмаром бесконечным.                         627
Он просыпался весь в поту.
Здесь до утра горели свечи,
Срывая пламя в пустоту.


            Глава  XIV

   САМОСТРЕЛ ДЛЯ ОБОРОТНЯ


С рассветом он пришёл к покою,                         628
Припомнив важные дела.
Уже мог думать про другое:
Арина вновь на ум пришла.

Федот был страшно озадачен                             629
И, не найдя другой ответ,
Одно лишь думал: «Не иначе,
Ведёт здесь к оборотню след.»

Теперь всерьёз уже он верил                            630
В полузверей, в полулюдей,
Что рядом под личиной зверя
В тайге скрывался берендей.

Федот не знал, что делать дальше.                      631
Тут хоть кого с ума сведёт
Сплетеньем домыслов и фальши
Событий странных переплёт.

«Поди, сыщи в тайге Арину                              632
По перепутьям тайных троп;
Их травы кроют по низинам
И охраняет крик сорок.»

Чем дольше думал он об этом,                           633
Тем становился злей и злей.
Где самолюбие задето,
Там ревность ярче и острей.

Но, всё продумав мал помалу,                           634
Нашёл, похоже, хитрый ход.
«Здесь нужен к делу – понимал он, -
Совсем особенный подход.»

Отлил картечи штук десяток                             635
Из серебра святых крестов.
«После таких, пожалуй, «святок»
Уже не будешь так здоров.» -

Федот подумал, усмехаясь,                              636
И глаз повёл с прищуром зло:
Смотрел на небо не мигая
Сквозь задымлённое стекло.

И у тропы, в лесной прохладе,                          637
Что шла к болотам напрямик,
Как самострел тогда приладил
На ель свой старый дробовик.

Повыше чуть рогов лосиных, -                           638
На глаз, — где ветки был излом,
Он леску тонкую к осине
Вмиг привязал морским узлом.

Другой конец был чуть в натяге                         639
И обведён вокруг сучка  -
Петлёю узкой смертной тяги
Захлёстнут за изгиб крючка.

Доволен был Федот затеей,                              640
Задумке хитрой явно рад:
«Сам, кто мне нужен, подоспеет
Под серебра «святой» заряд.»

Но, вдруг, его как осенило:                            641
«Постой же, ты, лесной урод!
Ведь я могу теперь, что было,
Перевернуть наоборот!»

И, поспешив скорей к Аксинье,                          642
Сказал, что был опережён.
Казалось, был волненьем сильным
Он, словно громом поражён.

О берендее всё поведав,                                643
Что ей, конечно, знать резон,
Велел он обо всём об этом
В селе устроить перезвон.

«Не будем мы терять надежду, -                         644
Минуют нас худые дни.
О договоре нашем прежнем
Ты, ненароком, не сболтни.

Мол-де, случайный я свидетель:                         645
Шёл по грибы с утра в лесок,
Как, вдруг, Арину похититель
Верхом к болотам поволок.»

Нужны ль Аксинье тут повторы?                          646
Завыли бабьи голоса:
Вмиг по селу, как поезд скорый,
Весть пронеслась за полчаса.

Никто бы в это не поверил,                             647
Случись всё раньше парой лет:
«Какие, к чёрту, люди-звери
И что за хрень, — весь этот бред?!»

Теперь же было всё иначе,                              648
И все подумали тотчас:
«Видать и вправду что-то значит
Мальчишек странный тот рассказ?!»

Стихийно приняли решенье:                              649
Идти на поиск всем гуртом.
Двоих – троих для «ополченья»
Решил представить каждый дом.

Да, не входила в план Федота                          650
Вся та охотничья артель:
«К чему мне общая охота?
Справлялся сам всегда досель.»

Он заварил всю эту кашу,                               651
Чтобы вниманье лишь привлечь.
«Арина, точно, будет наша.
Игра любых здесь стоит свеч.»

Здесь должен быть неоспоримо                          652
Один спаситель лишь, — Федот.
И дай отказ потом Арина  -
Её ведь мало кто поймёт.

«Коль завалю я образину,                               653
Кто станет там её стеречь?
А по следам сыщу Арину
Наверняка. О том ли речь?»

Лишь удалось ему с натугой                             654
Сдержать «крестовый» тот поход,
Где каждый в тайне друг от друга
Мечтал, что он её спасёт.

Уверил всех Федот Акимов,                              655
Что шум здесь лишний ни к чему:
«Пока мест здешних не покинул –
Сподручней, всё же, — одному.

Спугнём его своей облавой, -                           656
Возьми «холодный» след потом.
Спешить не надо. Знаю, право,
Чтоб не жалеть затем о том.»

Все согласились с неохотой                             657
Повременить немного дней,
Но был резон в словах Федота –
«Быть посему – ему видней.»

Катилось время – дни уходят.                           658
Ночами мягкий свет серел,
Но был по-прежнему на взводе
В лесной засаде самострел.

Федот искал, но без удачи,                             659
Арины хоть какой-то след.
Стал даже думать: «Не иначе,
Её в живых на свете нет.»

Случись такое, — было б, ясно,                         660
Ему не слишком по себе,
Но и винить себя напрасно
Не стал бы он, —  в укор судьбе.

      конец второй части.


Copyright © 2014 Валерий Костюк
Свидетельство о публикации №201411152446
опубликовано: 15 ноября 2014, 12:11:21
 

Чтобы добавить комментарий, зарегистрируйтесь или авторизуйтесь.